– Полагаю, вы собираетесь запретить мне покидать город, – предположил Флетч.
– Отнюдь. Наоборот, мистер Флетчер, если вы покинете город, ситуация станет еще более интересной.
– Я пошлю вам почтовую открытку.
Флинн посмотрел на часы.
– Что ж, если Гроувер отвезет меня домой, я как раз успею выпить чашку настоя ромашки с моей Элзбет и детками.
– Отвезу, инспектор, – Гроувер открыл дверь в опустевшую прихожую. – Я хочу поговорить с вами.
– Разумеется, хотите, Гроувер. Я в этом не сомневаюсь.
ГЛАВА 4
Утром Флетч позвонил в Рим. Обычно требовалось немалое время, чтобы соединиться с другим берегом Атлантического океана, да и на поиски Анджелы ди Грасси всегда уходили драгоценные минуты, но на этот раз, к его полному изумлению, Рим дали мгновенно, а Анджела взяла трубку после первого звонка.
– Энди? Добрый день.
– Флетч? Ты в Америке?
– Прибыл благополучно. Думаю, теперь и ты сможешь долететь до Бостона целой и невредимой.
– О, я с удовольствием.
– Я застал тебя за ленчем?
– Да.
– Что ты ешь?
– Холодную спаржу под майонезом. И клубнику. Ты позавтракал?
– Нет. Я еще не вставал с постели.
– Это хорошо. Какая у тебя кровать?
– Великовата для одного.
– Других, по-моему, просто нет.
– Наверное, ты права. Кровать всю ночь мешала мне спать, нашептывая: «Энди! Энди! Где ты? Нам тебя не хватает...»
– Моя кровать шептала мне то же самое. Какая у вас погода?
– Не знаю. Из-за тумана ничего не видно. А как идет сражение?
– Без особых успехов. Весь день я провела с адвокатами и комиссарами каких-то ведомств. Но не выяснила ничего определенного. Все чиновники говорят нам, что он мертв, мы должны считать его умершим, свыкнуться с этим и продолжать жить. Поэтому, собственно, мы и организовали похороны. Но адвокаты настаивают, что все должно оставаться в подвешенном состоянии, пока мы не получим исчерпывающей информации. Помнишь мистера Роселли? Он присутствовал на папиных похоронах в понедельник. Папин адвокат. Скорбел больше всех. Все время сморкался в носовой платок и вытирал слезы. А днем позже, вчера, он вскидывает руки вверх и говорит, что они ничего не могут сделать, пока не будут знать наверняка, что папа умер.